В этот день, 50 лет назад, мир был полон надежд. Эта заводная песня о полете Гагарина была исполнена чешским музыкантом Густавом Бромом со своим оркестром через несколько часов после старта «Востока-1» (слова написал Павел Пацл, а музыку — Яромир Гниличка).
Перевод текста песни (взят с сайта ИноСМИ.ru). Читать дальше
50 лет назад, 12 апреля 1961 года, мечта, владеющая умами людей на протяжении тысячелетий, стала реальностью. Юрий Алексеевич Гагарин совершил первый полет человека в космос. Когда я думаю об этом великом деянии, я просто кожей чувствую, как велик этот мир, как он прекрасен и как много в нем тайн, которые нам предстоит познать. И сколько бы лет не прошло, ничто не изменит того, что дорога в космос была открыта человечеству Советским Союзом. Просто посмотрите, как это было:
Петров пришел во вторник на совещание. Ему там вынули мозг, разложили по блюдечкам и стали есть, причмокивая и вообще выражая всяческое одобрение. Начальник Петрова, Недозайцев, предусмотрительно раздал присутствующим десертные ложечки. И началось.
— Коллеги, — говорит Морковьева, — перед нашей организацией встала масштабная задача. Нам поступил на реализацию проект, в рамках которого нам требуется изобразить несколько красных линий. Вы готовы взвалить на себя эту задачу?
— Конечно, — говорит Недозайцев. Он директор, и всегда готов взвалить на себя проблему, которую придется нести кому-то из коллектива. Впрочем, он тут же уточняет: — Мы же это можем? Читать дальше
На недавней встрече с деятелями культуры президент рассказал о своей любви к современному искусству. По его словам, он вовсе не «парился», когда говорил о поддержке современного искусства в своем Послании Федеральному собранию, а вот некоторые «наши классики» на это отреагировали так: «Если Президент страны сказал что-то о современном искусстве, значит, с классическим искусством в нашем государстве покончено». И после этого Дмитрий Анатольевич понял: «Оказывается, слова Президента по такому вопросу — это сила». Радуют во всем этом меня, конечно, две вещи. Во-первых, и «наши мэтры», и Дмитрий Анатольевич говорят не просто о президенте, а о Президенте с большой буквы (судя по стенограмме). Не так уж и важно, что с прописной буквы о президенте пишут только в официальных документах, важно то, что в этой «П» просто-таки сквозит любовь и безмерное уважение. Во-вторых, Читать дальше
— А вот как ты объяснишь про близнецов? Они же одинаковые, и гены у них одинаковые, и живут в одной семье, ходят в одну школу, а всё равно разные! — спросили меня как-то раз.
— На них действуют разные факторы среды.
— Как это разные? Мама и папа у них одни, знакомые-друзья одни и те же!
— Два объекта не могут занимать одно и то же место пространства одновременно, поэтому и факторы разные.
— Как это?
— Ну например, идут они себе по улице, а на них кирпич с крыши падает на голову. Так теперь кирпичу раздвоиться надо, раз они близнецы?
Любовь
(из цикла миниатюр «Самое главное». Миниатюра третья)
Любовь – не жалобный стон далёкой скрипки, а торжествующий скрип кроватных пружин
Сидни Перлмен
– Ты меня любишь? – спросила Лера, проникновенно заглядывая мне в глаза.
Подавив зевоту, я промямлил:
– Конечно, милая.
– Нет, скажи мне: «Я тебя люблю», – потребовала она, капризно изогнув свои рубиновые губки.
Психоаналитический экскурс. Любовь – это комплексное аффективное состояние и переживание, связанное с первичным либидинозным катексисом объекта. Как нелеп психоанализ! Читать дальше
Иногда радость по поводу тех или иных решений нашего президента приходит не сразу, а через несколько лет. Я долго не понимал, почему центр модернизации был расположен рядом с непримечательной деревенькой, но пару дней назад всё-таки понял. Как оказалось, построенная менее года назад дорога в Сколково, ценою около миллиарда рублей за километр, уже нуждается в ремонте. И не будем причитать, что это в разы дороже, чем в Европе. Лучше порадуемся тому, что президент решил создать центр в Сколково, а не, скажем, в селе Ермолино. До него от Москвы уже не 5 километров, а все 100: чистое разорение с нашими-то ценами!
Когда клирики всех рангов клеймят атеизм, им неплохо бы помнить, что на заре христианства атеистами греки-политеисты называли самих христиан. Впрочем, и ранние христиане в свою очередь так именовали своих противников. Из всего этого следует одна простая вещь: любой верующий по отношению к другим религиям является атеистом. Трудно представить себе православного, возносящего молитвы Зевсу или, скажем, Кукулькану. Политеизм, потенциально способный включить в пантеон разных богов, в этом смысле выигрывает у монотеизма, но даже его сторонники не могут верить в тех богов, о существовании которых не знают. Такой атеизм можно назвать религиозным или атеизмом первого порядка. От монотеизма же совсем небольшой шаг до атеизма второго порядка. Сократив число богов до одного (вот она, бритва Оккама, в действии), нужно найти в себе интеллектуальную смелость для того, чтобы назвать их настоящее число: ноль.
